Калгари, Канада, жизнь в Калгари, новости Калгари, события в Калгари, информация о Калгари, афиша, знакомства в Калгари

Почему они нас не любят

imagesCAR8CFDH

Канада – многонациональная страна, созданная иммигрантами разных поколений. Ни один из живущих здесь народов не претендует на кичливое звание “национального большинства”: нет, Канада – это “страна меньшинств”, в общем-то неплохо уживающихся друг с другом. Рассказу об этом была посвящена серия статей российского учёного Аркадия Черкасова, опубликованная на страницах №№2-9 нашего журнала за 2001 год (“Этнокультурная мозаика и межэтнические отношения в Канаде” в № 2, “Коренные народы” в № 3, “Народы-основатели: первый – франкоканадцы” в № 4-5, “Национализм, патриотизм и перепись 1996 года” в № 6, “Англоканадцы” и “Этническое многообразие” в № 7, “Русские канадцы” в №8, “Конфессиональная мозаика” и “Многоэтничные города – центры национальной культуры” в №9).

Основой для этих статей послужили результаты его собственных “полевых” исследований – опросов представителей различных этнических групп канадцев, проведенных им в 1995-1998 гг. в различных городах и поселках провинций Квебек, Онтарио, Саскачеван, Манитоба и Нью-Брансуик. Это было академическое исследование, осуществлённое при содействии канадского правительства. А вот сейчас автор хотел бы добавить некоторые очень личные и очень субъективные рассуждения на одну связанную с иммиграцией очень щекотливую тему, причем ответственность за нижеследующую “неполиткорректнную” трактовку он целиком берёт на себя.

Русские – народ как народ, не хуже других? Позвольте вломиться вот в эту открытую дверь, даже с надписью “Добро пожаловать!”, – может, не такая уж она открытая? И впрямь, за ней – другая дверь, а на ней – пудовый замок. Замок обыденного сознания, которое не пробьёшь фасадным лозунгом.

Не очень любят русских иммигрантов в других странах – разве вы этого не замечали или хотя бы об этом не слышали? А если слышали, вспомните, какой была ваша немедленная реакция. Конечно же: “– Вот гады!”? И не было сомнения – кто, собственно, “гады”. А если вы собрались уезжать (эмигрировать) из России, – то, может, стоит подумать, к кому вы едете и, особенно, от кого хотите уехать? Может, вас и здесь не любят? А кого, кстати, любите вы?

Не приходило ли вам в голову, что не любят русских и в России – сами же русские! Ведь это не иностранцы, а такие же русские, как вы, привычно и охотно хамят вам в автобусе, в автоинспекции, в окошке коммунальных платежей сберкассы, в бухгалтерии и в “бесплатной” поликлинике. И как привычно-автоматично вы их “посылаете обратно”! От них хотите уехать? Но уж, конечно, не от себя? (“Omnia mea mecum porto, – и всё моё я повезу с собой…”).

imagesCA0P6BU0Кстати, под “русскими” здесь и далее в статье – и во всём мире – имеются в виду все “дорогие россияне”: в русском разговорном языке это “политкорректное” слово ещё не привилось, а на иностранных языках оба эти понятия выражаются одним и тем же словом – Russians, или Russes, Russen, Rusos, Russi. Даже российских или казахстанских немцев в Германии, не говоря уж о российских, белорусских, украинских, горских, бухарских (!) и прочих “советских” евреях в Израиле, – номинально им единокровные местные жители считают и называют “русскими” – и недолюбливают. За что? – За то же, за что мы, “бывшие советские”, сами друг друга, – а на самом деле и лично самих себя, – не любим и не уважаем.

Презумпция равенства Вот пример: все мы были раньше – с трибуны – “товарищи”. Теперь, вроде, “господа”. А кем мы и тогда были и теперь остаёмся в автобусе, поликлинике или булочной? Совершенно верно – “мужчинами” и “женщинами”. Это – чисто совковое обращение, отражающее сохранившуюся совковую ментальность, которую мы таскаем по миру с собой и, что ещё хуже, передаём детям. Нигде в мире его не услышишь, кроме как в бывшем Союзе.

Невозможно представить себе англоканадца, обращающегося на улице Торонто к прохожей: “– Вуман, где тут ближайший паб?”, или франкоканадку в монреальском метро: “– Омм, на Кот-де-Неж выходите?”  Во всём мире любое обращение к незнакомому человеку в подтексте содержит изначальный комплимент, связанный с даже несознаваемой “презумпцией равенства” (это значит, что человеку свойственно, при отсутствии дополнительной информации, считать незнакомцев, для начала, равными себе, – “а там – посмотрим”). Обращаются: “сэр” (“государь, повелитель” – тот же корень, что в словах “сеньор” и “синьор” – “указующий”), даже сильнее – “месьё” (мой повелитель), “майн герр” (мой господин), или, как наши предки – “милостивый государь”, сокращённо “сударь”, и т.д. Подтекст здесь такой: “лично я – благородный человек, ходячий образ Божий (так оно и есть – читайте Библию!), меня никто не смеет обижать, я – господин; тебя я не знаю, но полагаю, что ты равен мне, пока каким-либо подлым действием не доказал обратного; значит, – ты тоже господин, и именно так я к тебе для начала обращаюсь”.

Никто, конечно, специально так не рассуждает, а делается это автоматически, по въевшейся вековой привычке – как и по привычке улыбаться в ответ: “Что, мол, добрый (как и я) человек, скажешь мне хорошего?” А “бывшие советские” люди, за три поколения убеждённые жизнью и властями в собственной ничтожности и, по той же “презумпции равенства”, в ничтожности каждого из окружающих (пока он не докажет, что он Начальник, Господин, Друг, Товарищ или Брат), до-олго инстинктивно искали, как его, дрянь такую, называть, чтобы, нечаянно сделав комплимент, ненароком не возвысить над собой (я-то ведь – точно дрянь”).

Высмеяли писателя Владимира Солоухина с его “сударем” (а зря!), отказались от официального “товарища” и казённого “гражданина”, ненадолго задержались на “девушке” (для всех возрастов) и на “молодом человеке”: что-то подозрительно ласково это звучит… И, наконец, нашли точное: “мужчина!” и “женщина!”. То есть, “эй ты, самец!” и “эй ты, самка!”. И никаких комплиментов!

Кстати, русских, – а точнее, гостей или иммигрантов из стран бывшего СССР, – действительно легко опознают на улицах канадских городов, но не столько по акценту (как писал В. Яковцев в № 4-5 “Канадского Паспорта” за этот год), сколько по вечно недовольному и тотально неприязненному выражению лица. Говорили мне об этом канадские полицейские, добавляя, что другие отличительные черты “Russians” – в том, что при переходе улицы они не обращают внимания на светофор, не понимая, что в цивилизованном обществе это так же неприлично, как пукать за столом. imagesCARHXC6U

А если Russians за рулём, то опять же тенденция – переть на красный свет и не тормозить на “зебре”. (“Впрочем, от этого мы быстро отучаем, – но как же вы живёте в России?” – “Мрём помаленьку, – ответил я, – оттого некоторые эвакуируются, в том числе и в Канаду”. “– Чтобы и здесь людей давили?”). А перед тем, как сесть за руль, новые русские иммигранты (видимо, офицер имел в виду тех, что впрямь из “новых русских) обычно долго выясняют, кому и сколько надо “дать”, чтобы получить права, – не понимая, что просто надо взаправду сдать экзамен. И так во всём. “Нашим” трудно понять, что в Канаде, – как и в других странах западной цивилизации, – принято искренне, “нутром” уважать других и уважать законы, быть честным (это выгодно, чёрт возьми! То, что честность в бизнесе самоокупается, открыли ещё шотландские купцы и прочие кальвинисты, да и наши русские старообрядцы, не говоря уж о духоборах).

Повторяю: собравшись насовсем, по делу или в гости на Запад, оставьте как ненужный хлам тот правовой и этический цинизм, неверие в людей и в Закон, неприязнь к ближнему, и отсюда – деловой непрофессионализм, что развились в российском обществе за годы несчастной нашей истории. Именно то, за что нас и не любят. Ведь до чего дело доходит: например, русскому объясняют дорогу. “– Это два квартала на север, а потом свернёте на восток”. Он не понимает! (“У нас так не говорят”).

В школе, правда, учил про страны света, но, словно болтовню на комсомольских собраниях, всерьёз не принял, сдал и забыл: “– Есть знания как бы “понарошку”, а есть реальная жизнь. На сарае знаете что мелом написано, – а на самом деле там дрова лежат!” Так вот на Западе, особенно в Северной Америке, и “особеннее” всего в Канаде, если где что написано, то именно это там и лежит. Обман, мошенничество – это аномалия, а не правило.

Живут по законам, а не “по понятиям”. Таков “социальный договор”. А у нас насильно навязывавшийся “социализм” дал полностью обратный эффект – тотальную асоциальность, которая поражает и раздражает “западных” людей. (“Почему у вас гадят в собственном подъезде? Потому что он не собственный, а общий, коммунальный? Но ведь и вы сами тут живёте?!”). Отсюда же – склочность в “коллективах”, отсутствие чувства личной ответственности, солидарности со своей “фирмой” (“чтоб она сгорела! ”), злорадство по поводу “проколов” своих коллег и особенно начальства, знаменитая российская “агрессивная зависть”.

Всё это многие эмигранты тащат с собой на новую землю. Несколько лет назад всю Канаду потрясла история российского “интеллигентного” иммигранта Валерия Фабриканта, обиженного тем, что ему долго не присваивали звания “полного” профессора, и в гневе перестрелявшего “обнёсших” его коллег прямо на кафедре в монреальском университете Конкордия. Между прочим, столь нервен и злобен наш народ был не всегда: одичание нации – постепенный, длительный и, надеюсь, обратимый процесс.

Возвращаясь к любимому примеру, скажу точно, что обращения “мужчина!” и “женщина!” впервые появились в Москве зимой 1977/78 года. Поверьте, я это точно знаю (тут замешана личная история, которую опущу). До этого такое обращение в Москве было немыслимо. Встречалось оно на юге, где у заезжего москвича вызывало улыбку. А теперь уже и московские старожилы (память – короткая!) думают, что “так говорили всегда”. И уже выросло целое поколение, которое думает, что по-русски именно так и положено обращаться. Нет, господа-товарищи, – есть ещё в русском языке цивилизованное обращение к незнакомцу (скажите детям!). Это: “– Извините, …(где тут метро?)”. Или, что – то же, – “Простите, …” За что “извините”? (“Перед дрянью такой, вроде меня же, ещё извиняться…”). А вот за что. Вспомните, что Вы – Подобие Божие, центр Вашей Вселенной. И вот Ваш путь пересёкся с траекторией другого Центра – другой Вселенной. Он (она), как и Вы, обычно погружён в мысли о Возвышенном – о Достоевском, Бахе, судьбах русской демократии… И Вы его от этих великих мыслей отвлекли “низким” вопросом о метро или вообще туалете. Своим извинением Вы напоминаете ему (а главное – самому себе) о Вашем равенстве не в нищете и задрипанности, а в Великом и Духовном. А если Вы ещё и назовёте его сударем (государем), то этим намекнёте, что, пока не доказано обратное, Вы тоже государь.

Видите, как просто? По долгу службы (точнее, научной работы) мне нередко приходилось встречаться с канадскими индейцами, бывать у них в посёлках. Действительно, раньше во многих посёлках была нищета, почти как в наших русских деревнях (сейчас получше). Но при этом чуть не каждый индеец, особенно когда он в городе, звал себя “вождь” (chief). И держался как вождь. И чем больше он себя уважает, тем церемоннее обращается к встречному “бледнолицему”. Как-то, лет десять назад, мне довелось выступать на собрании вождей индейцев провинции Манитоба.

Pages: 1 2 Single Page